Мир стихов, поэзии и прозы

Радуга

     Зимой  Павлику  Кораблеву  снилось  лето.  Зеленый  луг,  ромашковое  поле,  одуванчики  возле  дома,  конь,  гуляющий  в  поле  —  все  это  он  видел  в  своих  снах. 

    С  наступлением  летних  школьных  каникул  Павлик  Кораблев  уехал  отдыхать  в  деревню  к  бабушке  и  дедушке  вместе  со  своими  родителями.  Павлик  любил  проводить  лето  в  деревне.

    Наступил  новый  день.  Солнечный  и  жаркий.  На  небе  не  было  ни  одного  облачка. 

    Павлик  проснулся  около  восьми  часов  утра.  Сев  на  кровати,  сделал  утреннюю  гимнастику,  согнав  с  себя  сон.  Заканчивал  Кораблев  гимнастику    отжиманием  от  пола  на  кулаках. 

    Упершись  одной  рукой  о  спинку  кровати,  а  другой  Павлик  оперся  о  саму  кровать  и  столкнул  себя  на  пол.  Посидев  немного,  перевел  дух,  давая   отдохнуть  рукам,  он  перевернулся  на  живот  и  стал  отжиматься  от  пола  на  кулаках.  Эту  процедуру  Кораблев  Павлик  проделывал  ежедневно. 

    Закончив  гимнастику,  Павлик  восстановил  дыхание,  сел  в  кресло  и  поехал   на  улицу  принимать  водные  процедуры.  В  доме  не  было  высоких  порогов,  поэтому  выезжать  было  хорошо  и  удобно.  Подкатив  кресло  к  умывальнику,  дедушка  повесил  его  специально  для Павлика  так,  чтобы  тому  было  удобно,  Павлик  умылся  холодной  водой.

    —  Брр…,  Павлик,  не  могу  смотреть  на  тебя,  —  сказала  бабушка.  —  У  меня  мурашки  по  спине  бегают,  глядя  на  тебя.  И  как  ты  только  это  делаешь?

    —  А  ты,  бабушка,  не  смотри,  тогда  и  мурашки  не  будут  бегать,  —  нашел,  что  ответить  мальчик.

    —  Ну,  ладно,  ты  закончил  умываться?

    —  Да.

    —  Пошли,  поешь.  Я  сегодня  блинов  напекла.

   —  А  где  мама  с  папой?

    —  С  утра  на  рыбалку  уехали. 

    Павлик  поехал  за  бабушкой  в  дом.  В  гостиной  на  столе  стояла  большая тарелка  с  блинами.

    —  Ты  с  чем  будешь?  С  маслом  или  с  вареньем?  —  спросила  бабушка,  открывая  холодильник.

    —  Мне,  пожалуйста,  и  то  и  другое  и  можно  без  хлеба,  —  ответил  внук.

    Бабушка  достала  из  холодильника  масло  и  варенье  и  поставила  на  стол.

    —  Это  что?  —  спросил  мальчик,  игриво   удивляясь.

    —  Это  как  ты  и  просил,  —  ответила  бабушка,  —  масло  и  варенье  без  хлеба.

    —  А  с  чем  вкуснее?  —  спросил  мальчик,  но  глаза  его   весело  блестели. 

    —  С  хреном,  —  приняла  игру  бабушка.

    —  Правда?  —  ломаясь,  спросил  мальчик,  но  тут  же  сказал  вполне  серьезно.  —  Ба,  давай  варенье.  С  ним  вкуснее.

    —  Ах,  ты,  негодник,    —  махнула  на  него  бабушка  и  засмеялась,   —  я  его    серьезно  спрашиваю,  а  он  тут  ломается.

    —  Я  не  ломаюсь,  я  шалю.  Когда  я  сломаюсь,  меня  к  врачу  повезут.  Он  починит  меня.

    —  Ой,  ешь  лучше,  —  махнула  рукой  Екатерина  Михайловна.

    —  Я  ем,  —  сказал  Павлик,  скручивая  блин  в  трубочку  и  макая  его  в  варенье.  — А  где  дед?

    —  Пошел  лекарство  на  зиму  заготавливать.

    Дед  Павлика  каждое  лето  ходил  и  собирал  лечебные  травы,  а  потом  сушил  их  на  чердаке,  чтобы  не только  зимой,  но  и  в  любое  время  года  делать  чаи,  отвары  или  настойки  для  лечения.  Вся  деревня  ходила  к  деду  Игнату  лечиться.  Потому  что  он  понимал  толк  в  травах  и  в   том,  как  применять  ту  или  иную  травку  в лечении. 

    Павлик  позавтракал,  и  выехал  во  двор.  Огороженный  забором  дом  вместе  с  садом  и  двором  был  чист  и  ухожен.  За  этим  строго  следил  дед  Игнат.  Мальчик  заехал  в  тень,  которую  создавал  большой  и  ветвистый  клен.  Его  верхушка  уходила  далеко  в  небо.  Рядом  с  деревом  стояла  беседка,  построенная  дедом  и  отцом  мальчика.  Очень  часто,  особенно  в  жаркие  дни  и  после  бани,  приятно  было  сидеть  в  ней  и  пить  чай.  Посередине  стоял  столик.

    Поставив  коляску  на  тормоз,  Павлик  раскрыл  книгу  и  стал  читать.  В  руках  он  держал  томик  стихов  Лермонтова.  И  уже  в  который  раз  перечитывал  стихи  любимого  поэта. 

    В  это  время  к  ним  во  двор  заглянул  соседский  мальчик  Коля  двенадцати  лет.  Красивый  высокий  паренек.  Волосы  белые  закручены  так,  что  он  их  не  мог  расчесать,  как  сам  признавался.  Лицо  круглое,  светлое  и  чистое,  серые  глаза  излучали  тепло.  На  щеках  играл  здоровый  румянец.  Коля  был  веселым  и  добрым  мальчиком.  Таких  теперь  не  везде  можно  увидеть.

    —  Привет,  читатель!  —  радостно  воскликнул  Коля,  входя  во  двор  и  протягивая  Павлику  руку  для  пожатия.

    —  Привет,   —  ответил  на  рукопожатие  Павлик. —  Как  дела?

    —  Нормально.  Вечером  с  пацанами  на  рыбалку  собираемся.  Уже  и  удочки  приготовили.  Осталось  только  червей  накопать.

    —  А  мои  родители  с  утра  пошли.

    —  Знаю.  Вчера   твой  папка  приходил  к  моему,  спрашивал  лодку  на  сегодня.

    Мальчики  немного  помолчали.  В  это  время  на  улицу  вышла  бабушка.

    —  Здравствуйте,  Екатерина  Михайловна,  —  поприветствовал  Коля  бабушку  Павлика.

    —  Здравствуй,  Коля.  Ты  в  гости?

    —  Да,  шел  мимо,  увидел  Павлика  с  книгой  и  решил  зайти,  поздороваться  и  проведать  друга.

    —  Чай  будешь?  Заварила  недавно,  —  спросила  Екатерина  Михайловна.

    —  Спасибо,  немного,  —  ответил  мальчик.

    Коля  и  Павлик  Кораблев  действительно  были  друзьями.  Коля  Миронов  часто  заходил  во  двор  и  домой  к  Екатерине  Михайловне  и  Игнату  Терентьевичу.  Иногда  пил  чай  вместе  с  другом  и  его  бабушкой  и  дедушкой.  А  иногда  даже  спорили  на  разные  темы.

    Бывали  у  них  и  другие  ребята,  приезжавшие  на  лето  к  своим  бабушкам  и  дедушкам  в  гости. 

    Это  теперь  так,  а  раньше,  лет пять  назад,  все  было  иначе.  Никто  не  приходил  к  Павлику  Кораблеву  и не  разговаривал  с  ним.  Ребята,  приезжавшие  на  каникулы,  проходили  мимо  дома  Кораблевых.  Никто  не  обращал  внимания  на  мальчика,  сидящего  в  инвалидном кресле  и читающего  книгу.  Только  соседи  да  односельчане  пройдут  мимо,  посетуют.  В  разговорах  между  собой  перебросятся  парой  фраз,  мол,  у   стариков  Кораблевых  внук  инвалид,  не  ходит,  сидит  в  коляске  целыми  днями,  книжки  все  читает. 

    Но  все  изменилось  в  прошлом  году,  когда   произошел  один  случай. 

 

*    *     *

 

    Однажды  во  двор  к   Кораблевым  зашел  тракторист  Степан,  чтобы  попросить  денег  в  долг  на  очередной  «пузырь».  Павлик  в  это  время  сидел  в  своем  кресле  и  вместе  с  дедом  Игнатом  разбирал  принесенные  травы. 

    Тракторист  Степан  работал  в  советское  время на  тракторе  в  колхозе,  а  когда  последний  распался  в  середине  девяностых  годов,  как  это  произошло  со  многими  колхозами   того  времени,  перешел  работать  на  ферму.  На  ферме  зарплату  деньгами  не  платили,  а  с  рабочими  рассчитывались  бутылками  водки.  Вот  тогда-то  и  стал  пить  Степан,  как  и  многие  мужики  в  деревне.  И  к  настоящему  моменту  он  окончательно  превратился  в  алкаша.  Лицо  его  стало  землистого  цвета  от  постоянных  пьянок,  глаза  потеряли  былой цвет  и  ничего  не  выражали.  Жил  Степан  со  своей   старой  матерью,  которая  и  кормила  сына  тем,  что  растила  на  своем  огороде.  Жена  от  Степана  ушла,  как  только  он  стал   пить  и  приходить  домой  после  работы  пьяным. 

    —  Здорово,  дядя  Игнат,  —  поздоровался  Степан,  входя  во  двор.

    —  Здравствуй,  Степан,  —  ответил  дед  Игнат.

    Павлик  тоже  поздоровался  со  Степаном.

    —  Опять  в  долг  пришел  просить?  —  спросил  Кораблев,  продолжая  сортировать  траву.

    —  Я  отдам,  дядя  Игнат.

    —  Ты  и  так  мне  должен  без  малого  сотню  рублей  еще  с  зимы  прошлого  года.

    —  Дядя  Игнат,  дай  двадцатку,  а  потом,  как  деньги  будут,  я  верну  тебе  две  сотни  за  место  одной. 

    —  Ступай,  Степан,  попроси  у  своих  друзей  в  долг,  а  я  тебе  не  дам,  —  отрезал  дед  Игнат  и  посмотрел  в  бесцветные,  мутные  глаза  алкоголика  зло  и  холодно.

    —  Что  ты  так  на  меня  смотришь,  как  будто  я  украл  у  тебя  что-то?

    —  Не  украл,  так  украдешь.  Не  у  меня,  так  у  соседей  или  у  матери  своей. 

    На  этом  разговор  и  закончился.  Плюнул  Степан,  развернулся,  процедил  сквозь  зубы  какое-то  ругательство  и   ушел  со  двора  Кораблевых.  А  дед  Игнат  только  головой  покачал. 

    Закончив  сортировку  трав,  Павлик  еще  долго  сидел  в  инвалидном  крессе  и  о  чем-то  думал.  Мимо  проходили  деревенские  жители,  ребята,  приехавшие  на  каникулы,  а  Павлик  все  сидел  и  думал.

    А  на  следующий  день  вся  деревня   узнала,  что  Степан  попал  в  аварию  на  своем  тракторе. 

    Ночью  он  сел  пьяным  за  руль  и  поехал  куда-то  из  деревни.  Фары  не  горели,  потому  что  тракторист  их  просто  не  включил.  Его  трактор  носило  из  стороны  в  сторону. На  повороте,  не  справившись  с  управлением,  Степан  влетел  в  овраг,  трактор  несколько  раз  перевернуло.  В  момент  удара  стекла  разбились  Крупные  осколки  попали  в  ноги  тракториста,  осколки  поменьше  врезались  в  лицо. 

Подробнее: Радуга